Интервью март 2004 года

Они видят философию даже в простых карандашах. Они не смыслят себя друг без друга. Они рядом на сцене и по жизни. Они абсолютно не считают себя популярными. Они мечтают о платиновом альбоме. Они не боятся потерять себя. Они идут своим путем и не пугаются трудностей. Они любят родной город и не хотят уезжать оттуда даже просто на долгое время. Они привыкли к постоянным переездам. Они во всем видят позитивные стороны. Они верят в то, что мечты сбываются, если очень этого хотеть. Они - самые яркие светлячки нашей рок-музыки. Они - это группа "Lumen".

"Lumen" - это четверка молодых и энергичных ребят, заводящих и небольшие клубы, и огромные стадионы практически с пол-оборота. А на мой взгляд, это еще и самая интересная, самая драйвовая и самая искренняя "новая" группа в нашей рок-культуре. Название, взятое почти наугад из философского словаря, как нельзя более точно подходит этим музыкантам. И в жизни, и на сцене они очень светлые люди, смотрящие на мир широко открытыми глазами. Они - это Тэм (вокал), Гарик (гитара), Джон (бас) и Дэн (ударные). И они сегодня рассказывают о себе, о жизни и о музыке.

- Обычно от музыкантов я слышу, что стихи пишет солист, а музыку гитарист. А как у вас?

Тэм: Стихи пишу я. А музыку мы все вместе делаем. Даже если у кого-то из нас появляется какая-то идея, то она все-равно доводится до ума нами всеми. Это нормальное коллективное творчество. Мы спорим до хрипоты, мы ругаемся насчет этого, но в конечном итоге получается совместное творчество четырех человек.

- А не бывает такого, что всю песню написал кто-то один, всем понравилось, взяли и сыграли?

Тэм: В принципе, такое может быть. Но такого еще не было.

- А как в вашей группе распределяются моральные обязанности? Что-то вроде "совесть группы" и т.д.

Тэм: Мы друг другу все очень хорошие "совести". Т.е., моя совесть - это Дэн, Гарик и Джон. И так для каждого: трое приглядывают за четвертым. Этакий квадрат, где все друг на друга показывают пальцем.

- Как к вашему творчеству относятся друзья и родные, и насколько изменилось их отношение, когда вы стали популярными?

Тэм: Все отлично относятся с первых дней. Самое главное, что мы смогли убедить их и доказать, что это все не баловство, что мы этим живем. Разумеется, они рады всем нашим успехам, они переживают, когда у нас что-то не получается. У нас очень хороший и надежный тыл и офигенная поддержка.

- А не было такого, что они сначала не верили в вас?

Тэм: Конечно, чуть-чуть было. Но, представь себе ситуацию: будущий юрист, будущий налоговый инспектор, инженер-электронщик собираются заниматься музыкой. Поэтому скептически относились сначала. Пока не стало получаться. Пока мы не начали играть большие концерты.

- У вас очень многогранное творчество. Не обижаетесь, когда вас называют исключительно панк-группой, загоняя таким образом в некие узкие рамки?

Тэм: За что обижаться? Панк, в первую очередь, - это офигенная субкультура со своими идеями, своими заморочками. Это одни из самых свободных и свободолюбивых людей на планете. Поэтому, это - больше комплимент. И в какой-то мере, может быть, даже нами не совсем заслуженный. Это круто. Если кто-то считает, что мы панки, то спасибо им.

- В принципе, ваша нынешняя популярность - это результат как тяжелой кропотливой работы, так и нескольких больших удач, вроде сотрудничества с "CD-Land" или помощи "Наива". Так выглядит только со стороны или так и есть на самом деле?

Тэм: Безусловно, помощь других людей - это то, что нам невероятно помогло. Но, с другой стороны, мне кажется, что если бы нам и не помогли, то все получилось бы как получилось, только мы потратили бы на это намного больше времени. Мы продолжаем оставаться молодыми нахалами, достаточно амбициозными и самовлюбленными, но не без доли реализма в голове и в глазах. Мы просто знаем себе цену. По-человечески.

- Вы не боитесь быть разными, в то время как большинство музыкантов стремятся играть музыку в каких-то определенных рамках. Откуда у вас такая смелость?

Тэм: Так повелось с первого дня. Нам нравится разная музыка, и мы играем разную музыку. Это же свобода. Это так круто!

- А потом, когда вы стали появляться в радио- и телеэфирах, у вас не требовали вогнать себя в определенные рамки?

Тэм: Нет. Никто и никогда. И спасибо за это всем, кто мог это сделать.

- Однажды вы делали кавер на "Гражданскую Оборону". Планируете ли в ближайшем будущем повторить этот опыт?

Тэм: В ближайшем будущем пока не планируем. Но если появится возможность, то обязательно.

- А на кого бы хотели сделать кавер?

Тэм: Я бы с удовольствием еще раз кавернул что-нибудь народное - татарское, башкирское - как мы сделали с "Урмангой", но хочется и чего-нибудь посерьезнее.

Дэн: Наверное, "Korn".

Джон: Сейчас не знаю. А раньше нравилось делать на "Чижа".

Гарик: Из зарубежной музыки - на "Перцев", "H-blocks". Не знаю на что еще. На "Нирвану". Много всего, не перечислить. Из российской музыки я бы все переиграл, но я так не смогу играть, как они. Кавер на "Tequilajazzz", например. Весело, конечно, но люди потом придут, руки топором мне отрубят. Потому что я так играть не умею. Когда научусь, тогда сделаю.

Тэм: Мы очень много экспериментировали дома. Мы делали ковры на "Нирвану", на Цоя. Потому что еще до того, как появились "Кинопробы", во многих других городах, и у нас в Уфе тоже, группы собирались и делали концерты в память.

- А ваша музыка не мешает вашей личной жизни? Ведь ради музыки всегда приходится чем-то жертвовать.

Джон: Иногда музыка, наоборот, помогает.

Гарик: А иногда приходится жертвовать всем, но это не мешает.

Тэм: Когда мы начинали играть, когда мы мечтали, мы прекрасно понимали, что из всего этого получится, если у нас что-либо получится. Все выборы, которые мы делали, они были осознанными, объективными.

- Почему даже в самых, казалось бы, оптимистчиных песнях группы "Lumen" слышатся минорные нотки?

Гарик: Жизнь такая.

Тэм: Вот такие мы черные пессимисты. Просто первый альбом он был большей частью описательный, мы расказывали наши какие-то истории. Второй альбом будет немножко другим. Там мы будем описывать то, что у нас внутри. Во всяком случае, постараемся, хотя и описательные песни тоже будут. Выйдет он уже скоро. В апреле-мае будем его записывать. И, согласись, можно видеть мир радужным и прекрасным, но для этого нужно смотреть как минимум через стакан. Слишком много всего плохого встречается. И, как правило, тебя торкает что-то создать, когда тебе или очень хорошо, или очень плохо.

- У вас раньше, насколько я знаю, достаточно часто менялись музыканты, было больше инструментов. Почему в окончательный состав группы не вошла скрипка?

Тэм: Ушел человек, а мы не стали искать другого.

Гарик: Человек рано или поздно выбирает, что для него первостепенней. И так получилось, что для него была важнее учеба и т.д. У всех свои заморочки.

- А кто писал в альбоме "Без Консервантов" партию скрипки?

Тэм: Сессионный музыкант. Это была девушка из Уфы по имени Даша.

- Тэм, а чем секрет сохранения твоего голоса? Ведь легко можно простудиться, сорвать голос или еще что-то.

Тэм: Никаких секретов нет. И когда такое происходит, то это катастрофа. Всякое случается. Сложно защититься от пронзительного ветра, от холодной воды, которую хочется и нужно пить во время выступления. Вот сегодня (клуб "Орландина", 27 марта - прим.), например, 30 песен. Без воды - я же не марафонец и не верблюд. А как-то так получается, что иногда организаторы концертов, люди, которые в клубах за это ответственны, они по невнимательности или по еще каким-то причинам приносят ледяную воду. А это смерть всему. Ты поешь, разогрел связки, а потом глотнул холодной воды, и у тебя все там скукожилось, ты потом дал хорошую громкую ноту - и все. Все остальные песни можно просто хрипеть.

- Гарик, вот ты часто общаешься с поклонниками вживую и виртуально, часто посещаешь форум группы в интернете. По мере того, как группа становится все более популярной, ты замечаешь какое-то изменение в их среде?

Гарик: Да нет, не особенно.

Тэм: Ребят, у которых появляются попытки или задатки стать более фанатичными, мы несколько приземляем и все. Т.е. мы приземляем себя, чтобы они поняли, что мы никакие не звезды и не супермены, а точно такие же люди. Как только понимание этого их озаряет, фанатизм умирает на корню, и появляется то, что мы хотим видеть: определенная доля уважения за то, что мы делаем то, что нравится им, большая часть понимания и совпадения наших и их мировоззрений, идей. Мы не то чтобы снижаемся. Мы все-равно, будучи людьми достаточно амбициозными, потихонечку время от времени начинаем задирать нос. Как только мы понимаем, что этот процесс начинает приводить к тому, что появляются люди, которые смотрят на нас как на звезд, нам нужно резко стать обычными людьми.

- Т.е. вы с фанатизмом фактически не сталкиваетесь?

Тэм: Сталкиваемся, но мы это лечим. Пытаемся, по крайней мере.

Гарик: Задирать нос иногда стоит, потому что это некий способ самосохранения, что ли. Иначе бывает никак.

- Вас можно ожидать на каких-либо фестивалях этим летом?

Гарик: Мы пока не знаем. Скорее всего, можно. Как получится. Это не от нас зависит. Мы всегда рады выступить где-нибудь.

- Когда вы в школе учились, наверняка учили стихи наизусть. Что-нибудь сейчас можете вспомнить?

Гарик: Помню, нам задавали выучить стихотворение на выбор. И я рассказывал текст песни "Случилось что-то" группы "Воскресенье". Лучше послушай песню, я хреново расскажу. А песня замечательная.

Тэм: А я свое самое первое стихотворение выучил, когда нам задали наизусть любое стихотворение Пушкина. Это был первый класс. Надо было выучить, кто сколько запомнит, кто сколько захочет. Я был единственным человеком, который пришел на урок готовым. Мне сказали: "Рустем, расскажи стихотворение". Я встал и сказал: "Как ныне сбирается вещий Олег отмстить неразумным хазарам". Учительница говорит: "Ну, и дальше". А я ей: "Это все". Тем не менее, за эти две строчки я получил пятерку, потому что больше никто не выучил даже столько.
- А какие у вас любимые книги?

Тэм: У меня много разных.

Джон: Например, про Анфису. Обезьянка такая.

Гарик: На самом деле, книги из детства как-то и правда в душу западают. Как сказали в КВНе: за свою жизнь я прочел три книги: первую, синюю и еще одну. Ну, мы, конечно, чуть побольше.

- Четыре?

Гарик: Нет, побольше. Много хороших книжек существует.

- Какой в вашей жизни был самый экстравагантный поступок?

Гарик: Раньше, когда я был хорошим человеком, я подарил своей девушке на 18 лет 18 роз. Потратил на них все деньги и был счастлив.

Тэм: У нас однажды был в Уфе концерт на открытой площадке. Мы тогда еще были совсем неизвестные. И я решил выйти расписным: я себе специальной краской для батика расписал майку, белые джинсы. Это должно было быть ярко и интересно. А получилось экстравагантно. Потому что зарядил дождь. И я был весь зеленый, как черепашка-ниндзя.

- Последний вопрос: что для вас значит любовь?

Тэм: Все. Это то, что может заставить остановиться, броситься, взлететь или приземлиться. Это самый главный мотор в жизни. Это самый надежный тыл из всех возможных. "Я говорю тебе про любовь" (с).

Дэн: Любовь - это одна-единственная девушка, которую я очень сильно люблю, с которой мы уже шесть лет вместе, и которая для меня все. Все для меня музыка и все для меня любовь. К этой девушке.

Джон: Любовь - это смысл жизни. Если б не было любви, я, наверное, не жил бы. А мне только это и надо: жизнь и любовь. Больше мне ничего не надо.

Гарик: Раньше значила все, а теперь ничего. Не знаю, что тебе сказать. Хорошая вещь, но я пока не встретил ту девушку, а может быть встретил, но она не со мной, которая понимала бы все мои заморочки. Сама понимаешь, быть девушкой или женой музыканта очень сложно. Любовь - это замечательное чувство, которое спасет мир. Это точно.